Новейшая история

Рычаг воздействия

Курды и турецкая стабильность

Курдская проблема существует не одно столетие. В начале ХХ века создалась благоприятная ситуация для ее урегулирования. После окончания первой мировой войны и распада Османской империи возникли условия для обретения курдами государственности. Согласно первому варианту Севрского договора 1920 года, предполагалось создание независимого курдского государства или автономии на территории Турецкого Курдистана. Однако страны Антанты отказались выполнять ранее взятые на себя обязательства и разделили Курдистан на четыре части. Северный, Западный и Восточный Курдистан были поделены между Турцией и Ираном. Юго-запад Курдистана был расчленен на две части, которые были переданы Ираку и Сирии, которые по решению Лиги Наций оказались подмандатными территориями Англии и Франции соответственно. В результате этого в период между двумя мировыми войнами в Курдистане произошла цепь вооруженных восстаний курдов. В последующие десятилетия политическая ситуация на курдских землях оставалась крайне напряженной, что находило свое выражение в вооруженных выступлениях различных курдских организаций против правящих режимов Турции, Ирана, Ирака и Сирии.

Рычаг воздействияКурдское население подвергалось притеснениям во всех четырех перечисленных государствах. Примером этого может служить положение в Турции, где процесс ассимиляции курдов нередко принимал крайние формы. До начала 80-х годов в стране практически запрещалось употребление самого слова «курд». Турецких курдов называли не иначе как «горными турками». Согласно статье 66 ныне действующей турецкой Конституции все граждане Турции являются турками, что фактически не оставляет национальным меньшинствам страны возможности для развития своей национальной культуры. Лишь в начале 1987 года впервые в местной печати появилось упоминание о «курдах».

В этих условиях в начале 80-х годов произошла значительная радикализация курдского национального движения, которая, прежде всего, была связана с деятельностью Рабочей партии Курдистана (РПК), руководимой Абдуллой Оджаланом. В качестве своей идеологической основы данная партия взяла идеи революционного национализма, представлявшие собой традиционные марксистско-ленинские положения, но в своеобразной интерпретации в кастровском духе. В августе 1984 года РПК положила начало широкому повстанческому движению, которое в первое время выглядело как восстание небольшой группы, но вскоре охватило весь Турецкий Курдистан. Этому в немалой степени способствовало создание активистами РПК хорошо организованной сети своих ячеек как в восточных вилайетах (провинциях) страны, так и в диаспоре, прежде всего в Западной Европе.

Вооруженная борьба РПК достаточно быстро переросла в крупномасштабную войну с регулярной турецкой армией, которой на протяжении почти двух десятилетий не удавалось взять ситуацию в Курдистане под свой контроль. Официальная Анкара изначально избрала курс жесткого противостояния сепаратизму в этой части страны.

В начале 90-х годов возник новый фактор, которые существенно повлиял на ситуацию в курдских районах Турции. Он был обусловлен операцией «Буря в пустыне» против иракского режима Саддама Хусейна, которая сопровождалась возникновением положительного отношения мирового сообщества к курдской проблеме. Именно в этот период на севере Ирака усилиями США и других стран НАТО был создан анклав «Свободный Курдистан», формально не нарушавший суверенитета Багдада над этой территорией, но фактически означавший формирование квазигосударства.

На некоторое время в Турции в период президентства Тургута Озала восторжествовала новая политика в отношении курдов, основой для которой послужило признание факта существования курдского народа. Она предусматривала поэтапное мирное решение курдской проблемы. По выражению тогдашнего премьер-министра Турции Сулеймана Демиреля, турецкое общество встало перед необходимостью проявления «терпимости к курдским гражданам» и признания «реальности курдов». Такое изменение внутриполитического курса не отвечало интересам значительной и влиятельной части турецкого истеблишмента, прежде всего военной верхушки страны. В результате в Турции вновь возобладала тенденция к силовому устранению курдского сепаратизма, сторонники которого однозначно воспринимались как «террористы». Такой подход оправдывался стремлением к сохранению унитарного характера турецкого государства, закрепленного в конституции.

Вместе с тем, в 90-е годы Анкара не чуралась идти на сотрудничество с некоторыми курдскими лидерами, действовавшими за рубежом. Наиболее наглядно это прослеживалось в Северном Ираке. Турецкое правительство применило извечную тактику «разделяй и властвуй», которая приносила успехи. В рамках этого партнерства, Турция шла на политический диалог с руководителями «Свободного Курдистана», включая лидеров Патриотического союза Курдистана (ПСК) Джеляля Талабани и Демократической партии Курдистана (ДПК) Масуда Барзани. Более того, турецкие власти «закрывали глаза» на переброску вооружений отрядами РПК на иракскую территорию.

Такое перетекание оружия, включая тяжелое вооружение (артиллерию, ракеты), не являлось чем-то новым. Несмотря на существующее соперничество между различными курдскими организациями и движениями, следует признать известный уровень их взаимодействия, который отвечал их общим интересам. Поэтому в конце 80-х годов, когда вооруженные отряды Дж. Талабани и М. Барзани терпели поражения в боях с иракской регулярной армией, наблюдался заметный приток курдских боевиков и оружия из Северного Ирака, которые вливались в формирования РПК. В середине и второй половине 90-х годов в условиях военных неудач вооруженных сил, руководимых А.Оджаланом, отмечался обратный процесс. Турецкие курды, стремившиеся сохранить от уничтожения личный состав отрядов РПК и их вооружение, укрывались на иракской территории, становясь недоступными для преследовавших их турецких армейских подразделений.

Одновременно с этим Турция не ограничивалась перетягиванием на свою сторону лидеров иракских курдов в попытке ослабления позиций РПК и ее способности к вооруженному сопротивлению. Анкара провоцировала междоусобицу между ПСК Джеляля Талабани и ДПК Масуда Барзани, которая подчас перерастала в крупные вооруженные столкновения между их сторонниками, как это происходило в 1994-1996 годы. Не стеснялись турецкие власти налаживания контактов и с багдадским режимом, добиваясь от него разрешения преследования отступающих отрядов РПК на иракской территории.

По разным оценкам, к 1998 году в Турецком Курдистане погибло от 12 до 30 тыс. турецких граждан. Турецкое правительство было вынуждено держать четверть своей 600-тысячной армии в своих юго-восточных провинциях в непосредственном соприкосновении с отрядами РПК. При этом ее целью являлось создание «зоны безопасности» в горах Курдистана, которая охватывала турецкую приграничную полосу и должна была углубляться на иракскую территорию на расстояние 10 км. Этот план подразумевал обустройство 10-20 контрольных постов турецкой армии в этой зоне.

В дополнение к этому турецкие власти создали в деревнях юго-восточных провинций отряды самообороны, лояльные режиму в Анкаре. В 1997 году их численный состав оценивался в 70 тыс. человек. Главными функциями этих отрядов самообороны, вооруженных стрелковым оружием и получавших ежемесячное «вознаграждение» из турецкой казны, являлись защита деревень от рейдов бойцов РПК и оказание содействия турецкой армии в борьбе против «курдских сепаратистов». Помимо этого, турецкое правительство, пытаясь лишить РПК массовой поддержки в охваченных столкновениями районах, пошло на насильственное выселение курдского населения с обжитых мест. Всего в 90-е годы около 3 млн. курдов насильственно или добровольно перебрались из юго-восточных провинций в крупные города Турции, такие как Стамбул и Анкара.

Наконец, турецкие власти приложили огромные усилия с целью нанесения удара по руководству РПК, прежде всего ее лидеру Оджалану. Примечательно, что ставка делалась не на физическую ликвидацию А.Оджалана, что сделало бы его символом курдского национального движения в Турции, а на его захват и предание суду в качестве уголовного преступника. В середине февраля 1999 года турецкие спецслужбы смогли захватить лидера РПК в Кении и тайно вывезти его в Турцию. Состоявшийся суд доказал вину Оджалана в развязывании кровопролитной войны в стране и его ответственность за человеческие жертвы, к которым она привела. Лидер РПК был приговорен к смертной казни, которая была заменена на пожизненное заключение. В настоящее время Абдулла Оджалан отбывает его в одной из турецких тюрем.

Условием сохранения жизни лидера РПК стал отказ ее руководства от вооруженного сопротивления. Такое развитие ситуации было расценено многими как поражение курдского национального движения в Турецком Курдистане. Однако события последних месяцев ставит под сомнение, что это затишье продлится в стране слишком долго. В Турции постепенно начинается формирование обновленного движения курдского населения, выступающего в защиту своих прав и свобод. Как представляется, на это повлияло сразу несколько факторов. Стремление Турции к вступлению в Евросоюз вновь открыло дискуссию об ущемлении национальных и политических прав курдского меньшинства в стране. Именно об этом свидетельствуют пока немногочисленные выступления курдской общественности. Примечательно, что местом их проведения все чаще становятся крупнейшие турецкие города Стамбул и Анкара, давшие пристанище не одной тысяче курдских беженцев из юго-восточных провинций страны. Все большее влияние на внутриполитическую ситуацию в Турции будет оказывать усиление позиций курдов в соседнем Ираке, прежде всего в его северной части. Учитывая нахождение на этой территории крупнейших месторождений нефти и прохождение по ней стратегически важного экспортного нефтепровода, следует ожидать укрепление экономической базы курдского движения в целом. При этом было бы излишне самоуверенным рассчитывать на лояльность властей Иракского Курдистана по отношению к новому багдадскому режиму даже в случае получения курдскими представителями высоких постов в центральном правительстве или Национальной ассамблее страны. Немаловажным является военный аспект проблемы. Он заключается в том, что прекратившие сопротивление отряды РПК так и не сложили оружие. Они укрылись на иракской территории, сохранив свою боеспособность и структуру. Вне зависимости от будущей судьбы Рабочей партии Курдистана турецкие курды вряд ли откажутся от желания вернуться в покинутые ими районы Турции и добиваться признания своих прав, в том числе с оружием в руках. Наконец, приход к власти в Анкаре умеренных исламистов, хоть и подтвердивших ранее взятых турецким государством обязательств, в том числе перед НАТО, вряд ли укрепило доверие к стране со стороны ее союзников, прежде всего Вашингтона и некоторых европейских столиц. Следовательно, «курдская карта» может оказаться именно тем рычагом воздействия, к которому может обратиться Запад в попытке скорректировать региональную политику нынешнего правительства Турции.

29.03.2005

Андрей Овчаров

Click to comment

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply

Популярные

To Top