Кавад (Карем) РАШ

Аристократы битв

Памяти отца моего Багира (Баграма), хорунжего Императорских казачьих войск

Я курд (самоназвание «корд»). Мы корды — самый свободный народ на земле. Корды это доказали, не выходя из сражений пятьдесят веков. Как первые меченосцы и всадники, корды принесли в мир идею Арты — жизни по Божественному порядку и Правде. Никого корды так не жалеют, как мужчину, умершего в своей постели. Верность — душа их религии. Из всех национальных проблем в мире нет сложнее кордской — народа, коварно рассеченного Антантой между четырьмя странами (Ираном, Турцией, Ираком, Сирией).

Корды восторжествуют. Единство Кордоэны в наших сердцах. В ноябре 1937 года турки казнили вождя неукротимых кордов Дерсима Сеит Ризу и его младшего сына Ресика. В последнюю минуту Ресик крикнул: «Отец, да здравствуют корды, народ-герой!».

За Россией навеки закрепилось понятие «Святая Русь». Мы знаем «прекрасную Францию», «старую добрую Англию», помним о «германской верности». Частью генетики кордов стало закрепленное за ними всеми соседями название «народ-герой». Со времен первой общины Заратустры, которую сегодня представляют корды-язиды, ключ от всех проблем Передней Азии держат в руках корды. Пушкин подле Арзерума, где самая южная граница берез в мире, встретился с кордами-язидами. Пораженный их верностью зороастризму, он написал на французском языке статью «Язиды». На Пушкине как бы сомкнулись тысячелетия и страны. Бог послал вещего поэта к Арзеруму… Корды победят!

ВОТ ПОДНИМУ ПРОТИВ НИХ МИДИЙЦЕВ, КОТОРЫЕ НЕ ЦЕНЯТ СЕРЕБРА И НЕ ПРИСТРАСТНЫ К ЗОЛОТУ» (Исайя, Гл.13, стих 17). И поднял… И привел мидийцев «ярых в бою» под крепкие стены Вавилона, «мати любодейцам и мерзостям земным», стены, кои уже полстолетия запирали в плену евреев — его, Исайи, народ. И освободил их, ибо устами Исайи грозил нечестивому Вавилону Сам Господь Бог.

«Мидийцы» — это другое имя курдов. Как в наших летописях «поляне — ныне рекомая Русь». Самоназвание «корд», что на всех древних иранских языках и в созданной мидийцами священной «Авесте» означает — «меч». Любимые символы этих первых меченосцев уподобляемые Солнцу златогривые лев и конь. Особо чтут мидийцы распахивающего многоцветные перья павлина. В этом неожиданном преображении они постигают некое таинство эстетического присутствия Бога среди серых людских будней и одновременно озаренность очага — огнем и Земли — Солнцем.

Павлин на знаменах мидийцев-кордов отмечен со времен касситов курдских гор и ариев царства Митани за 17 веков до рождения Христа. Павлин — один из любимых символов первых христиан времен катакомб. И сегодня «Царь Павлин» — центральная фигура в верованиях кордов-язидов, чистейших мидийцев из племени магов, которые чтут огонь из любви к Солнцу и расселились древними кланами с началом перестройки по разным уголкам России.

Перед пророчеством Исайи, этого «ветхозаветного Евангелиста», уже десять веков Переднюю Азию наполняла молва о неведомых мидийских всадниках, одержимых неодолимой фарной — божественной воинской благодатью, дарующей отвагу и волю к Правде. Мидийцы, на их языке «мадай» (родственно русскому «мед»), что значит «опьяненные боем», исповедуют веру в Единого Бога — Агурамазду, дарующего бессмертие, чистоту сердца и любовь к справедливости и порядку — Арте. Малодушия корды остерегаются, как чумы, и считают трусость признаком оставленности Творцом и верят: только отважным владеет Бог, а «страх рождает сатану».

Господь знал, кого послать к Вавилону на Евфрате. Он отправил своих любимцев мидян, которым первым на земле через Заратустру даровал откровение. До Вавилона мидийцы разгромили Урарту и страшилище Азии, Ассирию, предав огню ее неприступные столицы Ашшур и Ниневию, полные сокровищ со всего Востока.

Мидийская конная лава, сверкая доспехами в золотой шумерской пыли с павлинами и львами на стягах, неслась к городу чудес — Вавилону. До рождения Христа оставалось 539 лет.

Разгром мидянами жестокосердной Ассирии вызвал ликование во всей Передней Азии. Мидийцы стали героями тогдашнего мира. Особенно радовались евреи — Ассирия была их проклятием, уничтожившая два их царства — Израиль и Иудею.

Теперь взволнованные евреи с крыш своих домов в Вавилоне в изумлении разглядывали грохочущие колесницы мидян и персов, видели, как по Улице Процессий несется мидийская алла на золотисто-рыжих лошадях и окружает семиступенчатый зиккурат, где на 90-метровой высоте стоит золотая статуя бога Мардука (Мардухая).

Вторым чудом света, после Вавилонской башни «зиккурата», эллины нарекут висячие сады Семирамиды. Царь Навуходоносор разбил их на каменных ступенчатых уступах зиккурата для своей любимой супруги, мидийской принцессы Семирамиды, тосковавшей в знойном Вавилоне по прохладным садам цветущих курдских предгорий, подаривших миру розы и тюльпаны.

После разгрома работоргующей Ассирии пробил час и лукавого Вавилона. Город был покорен вождем иранских дружин Киром II (Куруш по-мидийски), внуком последнего мидийского царя Астиага.

Встреча мидян-кордов с евреями на реках Вавилонских будет отныне влиять на духовные судьбы всего человечества. После этого сретения благодарные освобожденные евреи, потрясенные размахом и нравственной глубиной религии освободителей-зороастрийцев, впервые уверовали в свою мировую судьбу.

Тот же Исайя, один из семи великих пророков, первый в иудейской традиции сразу после плена своего племенного бога Иегову, уже называет как Агурамазду «Творцом всего сущего».

Но поразительно, как евреи, неведомый дотоле миру народ, разгромленный и плененный свирепой ассирийской державой, нашел в себе силы стать вровень с самой сильной и вдохновенной религией на земле и все исторические обстоятельства подверстать под свою личную судьбу.

Кир освободил евреев. Помог им добраться до земли обетованной и дал денег на восстановление храма в Иерусалиме. То было нечто неслыханное в тогдашнем мире. Пленных воспринимали как добычу, обреченную на рабство. Евреи внимательнее всех на Востоке изучали своих соседей. Нельзя не поразиться точности их оценок. Характеристика Исаией мидян, «которые не ценят серебра и не пристрастны к золоту», оставалась верной все последние 25 веков. Когда в конце XIX века историки провели в кордских княжествах подсчет лиц, занимающихся ростовщичеством (по историку С. М. Лазареву), то с изумлением обнаружили, что на тридцать ростовщиков в каждом владении приходилось, к примеру, 26-27 армян, один-два грека, иногда заблудшийся процентщик турок, но никогда среди них ни одного корда. Таков неистребимый дух мидийской фарны в этом народе «Авесты».

Строго говоря, «персидского» государства в природе никогда не существовало. Царь, даже и персов, после Мидии именовался всегда «царь царей Ирана». Благородная федеративность была присуща лучшим временам истории Ирана. Само слово «Иран» от древнего «Ариана» — «страна ариев». Последнее слово будет позже искажено нацистами. В этой державе иранских царств, с древнейших времен Заратустры и до ислама, за религию и войско отвечало царство кордов-мидийцев. Этого не оспаривает ни один историк. Ядро всех армий Ирана до ХХ века нашего времени составляли корды. В мидо-персидском государстве за распространение и безопасность зороастризма отвечало одно из мидийских племен — магов. Они же, маги, поставляли жрецов во все царства Ирана до Бактрии на Востоке. Маги — родное племя Заратустры, которое за три тысячи лет до первого мидийского царя Дейока хранило заветы пророка в устных преданиях, передавая гимны Заратустры — «готы» — от отца к сыну. «Готн» и сейчас по-кордски значит «гимн», «сказание», а «гот» означает «сказал». Автору этих строк отец в отрочестве каждую зиму изо дня в день, неделю за неделей передавал у очага сказания об эпических героях, охваченных фарной, о вере язидов, а мать читала наизусть тысячи стихов из поэмы Хани «Мам и Зин». Я знаю десятки курдов-язидов, особенно из касты пиров (шейхов) моего поколения, которые были подростками, как ульи медом, наполнены древними преданиями через «готы» отцов. Этой устной традиции более пятидесяти веков. Наше поколение — последние на земле носители этого великого устного знания. Мидийцы отвергали хитрую книжность и считали письмо изобретением дьявола. Полученное однажды через Заратустру откровение сохраняется, живет и дышит только в устной передаче от отца к сыну. Даже не от учителя к ученику, а именно от отца к сыну.

Общеиранская религия — зороастризм — была мидийским делом по молчаливому и благоговейному признанию всех иранцев до Парфии и Бактрии на Востоке.

Ствол иранского духа несли на своих плечах ровно три тысячи лет иранской государственности в основном корды. Если они отвечали за веру и битвы, то что остается другим народам и царствам Ирана? Только торговля, налоги, ремесла и чиновничество. Корды во все века эти сферы охотно и даже с благодарностью уступали другим. Здесь коренится одна из тайн, почему в кордских царствах никогда не было антисемитизма.

Мидийскую державу создало и крепило единобожие зороастризма, где племя магов было организованным и бесстрашным оплотом. Кир был еще наполовину (по матери) мидийцем и придерживался единобожия. Ядром его армии была тяжелая, таранная кавалерия кордов (мидийцев).

Древняя борьба за гегемонию в иранском мире между кордами-мидянами и персами, которая длится по сей день, вспыхнула с особой силой при Камбизе, когда среди персов усилилась тенденция к многобожию. Племя мидийцев-магов было в ярости. Пока Камбиз умирал в египетском походе, власть над всем Ираном захватил мидийский маг Гаумата. Шесть месяцев его правления были самые благодатные и счастливые во всей истории Ирана. Гаумата отменил налоги, утвердил вновь единобожие, запретил войны и изгнал персидских вельмож.

Геродот рассказывает, что Камбиз, узнав о восстании Гауматы, собрал у смертного одра своих родичей-персов из царствующего рода Ахеменидов и заклинал их. — Не допускайте, персы, чтобы власть снова перешла к мидянам!

Слова эти достойны курсива, они отражают трехтысячелетнюю скрытую борьбу за преобладание между кордами (мидянами) и персами в Иране. Других серьезных сил в этой стране никогда и не было.

Здесь тайна судьбы кордов и ключ к истории Передней Азии. И сегодня корды — четвертый по численности народ на Ближнем Востоке после арабов, турок, персов. С той существенной разницей, что корды появились в Передней Азии и Двуречье на три тысячи лет раньше арабов и на четыре тысячи лет раньше турок. Первый народ, который они покорили, были их братья по языку, вере и крови — персы.

Что до «Авесты», то язык ее практически идентичен языку мидян-кордов. «Авеста» и есть первая кордская книга на кордском языке, которую корды подарили человечеству.

Когда возникла «Авеста», верблюды не были еще одомашнены. Потому «Авеста» возникла не в какой-то дикой верблюжьей Бактрии, а в горном уединении рядом с культурным миром Двуречья. Без «Авесты» корды не смогли бы создать первую великую державу древности — «Мидию». Только в ущербном сознании узкого специалиста можно предположить, что мидийские маги побежали вдруг на дикий край света, чтобы основать там религию, а потом принести ее на свою родину.

Тайное и незатухающее соперничество с братьями-персами за гегемонию и есть содержание последних тридцати веков истории кордов, хранителей мидийской крови, духа и почвы.

Один из крупнейших специалистов по зороастризму Мери Бойс так начинает свою книгу, посвященную этой религии:

«Зороастризм — самая древняя из мировых религий откровения и, по-видимому, он оказал на человечество, прямо или косвенно, больше влияния, чем какая-либо другая вера».

Корды как живые потомки прямых создателей «Авесты» и есть тот народ, который оказал на духовную жизнь человечества наибольшее влияние.

Сегодня нашим рыночным приматам с электронными мозгами и душой, загаженной эстрадой, трудно себе вообразить, что лучшие свои мгновения человечество пережило в дописьменный период.

Даже в современном религиозном «Букваре школьника» в статье «Кушитство» сказано: «Христианство — высшее выражение иранского начала, поскольку в нем развита идея свободно творящего Бога и его духовная близость к человеку… в одних религиях доминирует иранское начало, и для них характерно поклонение Богу как творящей силе, передача культуры через устное слово, гласовую письменность, обширный дух, молитву, презрение к телу, сожжение мертвых…»

В пределах коренных земель кордов археологами раскопана «халафская культура» VI тысячелетия до Р.Х. Ученые Британского музея пришли к выводу, что орнаменты и символы на предметах халафской культуры сохранили в своем быту и одежде только нынешние корды. Такой длительности традиции не имеет сегодня ни один из живущих на земле народов. Археология за последние полвека совершила прорыв в древнюю историю человеческой культуры, который сопоставим только с прорывом в космос. Четыре пятых этих открытий приходятся на земли нынешнего Курдистана. Видимо, потому академики Гамкрелидзе и Иванов считают возможным доказывать, что расселение всех индоевропейских народов по миру началось из пределов того же Курдистана и в период «халафской культуры».

Видимо, часть кордов и тогда не покинула пределов Мидии. Иранцы несколько тысяч лет провели в полосе степей, от Днепра до Енисея, видимо,никогда не порывая с прародиной. В V-IV тысячелетии до р.х. они двинулись в обратный путь из русских степей в Переднюю Азию, мимо Каспия, через проход Дарбанд (совр. Дербент).

Только индоевропейцы чтут в древнейших преданиях Большую Медведицу, символ Звездной Колесницы (Повозки). У германцев она — колесница Верховного бога Водана, у славян — огненная колесница Перуна. Колесницы были грозным оружием, подобным танкам. На дышло насаживали копье, на оси колесницы крепили режущие ножи. Стоящие в кузове стреляли из луков. В Олимпийских играх главный приз ждал возниц на колесницах, так как колесница была оружием знати. Все ученые единодушно отдают приоритет в одомашнивании лошади протоиранцам. Они же — создатели первых колесниц, сделавших переворот как в мировом военном деле, так и в обществе.

Предки кордов были в числе первых на земле всадников и колесничих. Колесницы произвели отбор и создали первых на Земле аристократов. Царь — первый колесничий. У аристократа появилось с рангом и имя. Индоиранцы называли их «ратайштар» (стоящий на колеснице). «Риттер» и сейчас по-немецки «рыцарь».

Один из величайших кордов Саладин, победитель крестоносцев, был из племени «равади», что в переводе с авестийско-кордского значит «колесничие».

Генерал Мостафа Барзани, бросивший в одиночку вызов странам, разделившим Курдистан, был из племени Барзани. «Барзан» — это мидийско-авестийское «всадник». Первый царь Мидии после арабского нашествия в Х веке Хасанвайх Корди тоже из племени всадников-барзикони.

Когда предки кордов с первой волной иранцев проникли в Закавказье, они в IV тысячелетии до Р.Х. обосновались в долине Куры и Аракса. Даже в VII веке арабы-мусульмане, достигнув этих пределов, называют Аракс «кордской рекой». Крупный современный историк протоарийского периода С. А. Григорьев утверждает, что на IV тысячелетие до Р.Х. приходится распространение лощеной керамики, близкой к куро-аракской. Лощеную керамику связывают с появлением индоевропейцев. В Закавказье и Верхнем Двуречье индоиранцы в III тысячелетии до н.э. на северо-западе нынешнего Ирана (Курдистан) и Месопотамии смешиваются с хурритами. Последние — родичи восточно-кавказских народов (чеченцев, дагестанцев) и будущих урартийцев. Тогда же — во время Саргона Древнего, правителя первого семитского государства Двуречья Аккада (в середине III тыс. до Р.Х.), в эпических песнях упоминаются сражения с ираноязычным «воинством Манда».

Таким образом, начало IV тысячелетия до н.э. застает индоираноариев в Закавказье и нынешнем Кордистане и Верхней Месопотамии.

Через десять веков, в первый год III тысячелетия до Р.Х., Солнце входит в созвездие Быка и находится там до 800 года до Р.Х., когда оно появляется в созвездии Овна. Так появляется любимый сюжет, связанный с Митрой, иранским божеством Договора и Солнца, где Митра поражает Быка золотым мечом. Этот же мотив отражен в бое быков. Позже император Аврелиан объявит Митру покровителем Рима.

ИТАК, КОГДА ДО РОЖДЕНИЯ ХРИСТА оставалось ровно три тысячи лет, год в год и день в день, Солнце стало в созвездие Быка. На рассвете этого первого дня нового тысячелетия молодой жрец-солнцепоклонник по имени Заратустра вошел с кувшином в воды реки в кордских горах Загрос, чтобы набрать воды для изготовления священного напитка сомы, как делали много веков его предки в Арианам Вайджа (на арийском просторе). Уже минуло десять веков, как они вернулись в родные горы, оставив «арийский простор» от Днепра и до Минусинской котловины на Енисее.

По рассказам старцев, они двигались с севера на юг в Закавказье. «Передний ветер» по Авесте с юга обдувал их лица. За спиной оставалась холодная родная равнина между Доном и Енисеем. Слева — сияющий восход из синих вод Каспия. Справа — багряный закат. Ностальгическая тоска по Арианам Вайджа, по стране, где они научились молиться на Полярную звезду, где великие реки, грохочущие ледоходы и девственные степи навеки остались в мидийском сердце. Позже, в XIX и ХХ веках, это чувство проявлялось в неизъяснимой, но властной готовности кордов-язидов сразиться за Россию.

Добравшись до середины потока, Заратустра почувствовал во всем существе крылатую, просветленную преображенность, дотоле неведомую ему. Пророк с кувшином, полным воды, вышел из реки. На берегу его ждал весь в неземном сиянии архангел. Он повел Заратустру к зеленому лугу, покрытому клевером «мидийской травой». Там Заратустра увидел еще пятерых сияющих архангелов, а в середине между ними самого Творца в неприступном свете. Ослепленный, он слышал только Божественный голос. Там Заратустра-праведник получил от Бога первое на земле откровение. От этого утра занялась заря всего человечества.

Так Господь даровал людям откровение единобожия, догматы и нравственный закон. Теперь Заратустра будет всюду учить людей жить в соответствии с новой этикой — благой мыслью, благим словом и благим делом. В христианстве: «словом, делом, помышлением». Начиная с этого утра, мир узнал понятия добра и зла. На Востоке добрым был до этого богатый, ибо мог уделить что-то от достатка. Злым — отбиравший силой этот достаток. Людям неведомо было понятие греха, как и ада и рая. Других богов, кроме племенных, не существовало. Евреи в плену впервые прониклись идеей мессианства и избранности — центральных категорий зороастризма. Грядущий мессия (Махди) и сейчас главное переживание шиитского ислама. Из зороастризма в ислам перешли обязательная пятикратная молитва и идеея Страшного Суда.

В свое время Заратустра, скитаясь, нашел, наконец, понимание у царя Виштаспы и супруги его Хатуосы в крепости на сияющей скале горы Раэвант, упоминаемой в «Авесте» (это гора Эльвенд около самого священного кордского города Хангматана (совр. Хамадан, греч. Экбатана), где первый мидийский царь Дейок в VIII веке до Рождения Христа основал столицу первой зороастрийско-мидийской империи. День, когда Заратустра вышел из реки и получил откровение, и называется «Новруз» — новый день, новый год, новый свет и новая вера.

Дух избранности — Фарна — дарующий свет, отвагу и аристократизм, никогда не покидал мир кордов со времен Заратустры. Одушевленное фарной «воинство Мандалы» по заветам Заратустры из «кордских» гор в 2170 году до Р. Х повело за своими колесницами отряды «сильных кутиев» и стерло с лица земли торгующий рабами семитский Аккад. Да так разделалось с гнездом нечестивых, что до сих пор не могут найти место, где был расположен этот город.

Через пятьсот лет индоевропейцы корды и касситы завладеют всем Нижним Двуречьем, и на Вавилон на четыреста лет, по понятиям торговцев, опустится «касситская ночь». И кутии, и касситы, как и все «воинство Мандалы», презирали обитателей пыльной, раскаленной степи и предопочитали управлять Вавилоном из своих горных замков.

Этот же дух подвигнул мидийского мага Гаумату отнять у узурпаторов-персов власть над Ираном. Именно дух Фарны привел в Вифлеем трех магов-язидов (волхвов). Дух божественной Фарны выбрал корда Саладина вождем исламского мира для разгрома крестоносцев и захвата Иерусалима.

Полвека самым ярким носителем фарны был неукротимый генерал Барзани из древнего мидийского племени Барзан, которое участвовало во взятии столицы Ассирии Ниневии в 612 году до Р.Х. Наконец, именно Фарна в 1999 году воспламенила факелы кордских самосожжений по всей Европе, когда подло арестовали их вождя Оджалана, воплощавшего мечту о единстве.

Язиды (от «язата» — божественные) в мистическом и физическом плане — хранители огня первого Новруза, которому исполнилось в 2000 году ровно 50 веков, они же первая община Заратустры.

Вся Мидия — эта светоносная земля кордов, встретила звезду Вифлеема в тысячах огней святилищ. Священнейший из огней горел в пещерных храмах Лалеша, главного и тайного святилища кордов-язидов. Они принесли сюда огонь, зажженный еще Заратустрой в Новруз и принесенный в Хангматану первым кордским царем Дейоком в 720 г. до Р.Х.

Творец выбрал Заратустру, чтобы он подготовил мир к приходу Христа. Когда Господь воплотился, приветствовать младенца Христа Бог послал трех мидийцев-язидов носителей фарны, потомков пророка Заратустры и святого мага Гауматы. Заратустра — первый язид.

СЕЙЧАС ВОЗДУХ РОССИИ ОТРАВЛЕН ПРОВОКАТОРСКИМИ СТЕНАНИЯМИ на тему «Уйдет ли Россия с Кавказа?..», или «Россия потеряет Кавказ…» В этих воплях — смесь безродности и суеты, и вытекающая из них политическая импотенция. Россия не уйдет с Кавказа, пока стоит Кавказ, ибо она, Россия, не может уйти из самой себя. Русская культура и государственность зародились не в Новгороде и не в Киеве. Русь началась на Кавказе, с упреждением других очагов едва ли не в семь столетий.

Новая эра, т.е. свет звезды Вифлеема, застал русов в пределах Кавказа, на берегах Азова и Дона и в устье Кубани. Здесь они вместе с готскими дружинами германцев отражали степняков. Через семь-восемь веков их земля будет известна как «Таматарха» (по Тамани и Темрюку), в русском произношении Тмутаракань, вернее — Кавказская Русь. Позже к ним казаки присоединят войска Дона, Кубани и Терека. Так, с первого дня воплощения Господня, со времен императора Августа будет возрастать, крепнуть и усиливаться Кавказская Русь, которая примет христианство раньше всех русских земель. Никто не оспаривает известной мысли, что «казаки создали Россию». Ядро казачества приходится на Дон, Кубань и Терек, следовательно, на Кавказ. Перефразируя известное высказывание, можно утверждать — «Кавказская Русь — создала Россию».

В геополитическом плане даже императорский Кавказ — это половина Большого Кавказа. Другая половина приходится на древнюю Мидию, или Кордоэну (название «Курдистан» возникло только в XII веке).

Зима 1917 года застала русские войска на пространстве Большого Кавказа — с севера на юг от того места, где Дон и Волга сближаются более всего, до Мидийской стены, где Тигр и Евфрат устремляются друг к другу. С Запада на Восток — это горы Тавра до гор Загроса включительно.

Карская область давно была в составе России и подпирала наше Закавказье. В долинах Карса появились русские кладбища и села с тех пор, как генерал Николай Муравьев стал «Карским». Там же обосновались немцы и греки. Русские полки и казачьи сотни к 1917 году стояли в кордских городах Хангматане (Хамадан) и Бахтаране (Керманшах), а в пределах османского султаната — в Эрзеруме, Битлисе, Муше, Ване, на Армянском нагорье.

Это все в пределах Большого Кавказа, на стыке трех континентов — Азии, Европы и Африки, между четырьмя морями — Черным, Средиземным (бассейн Атлантики), Каспийским и Персидским (бассейн Индийского океана).

Таким образом кордские горы Тавра и Загроса вместе с Главным Кавказским хребтом составляют опоры Большого Кавказа.

Со времен Гомера, первого певца Кавказа, и до рождения Христа эллины и римляне под Кавказом понимали именно те пределы, которые мы нарекли Большим Кавказом, и в долинах и ущельях которого застало русские войска насильственное отречение их Императора, одетого в черкеску, которую другой певец Кавказа офицер и поэт Лермонтов назвал «лучшим в мире битвенным нарядом».

Ариан, автор «Похода Александра», писал: «Горы Кавказа, по словам Аристобула, выше всех гор в Азии, значительная часть их в этом месте лишена растительности… простираются эти горы на большое расстояние, так что Тавр, который отделяет Киликию от Памфилии, считается отрогами Кавказа, так же как и другие высокие горы отходят от Кавказа и носящие у разных народов разные названия».

У города Эрбела, известного с III тыс. до Р.Х. (нынешний Эрбиль, столица кордской провинции в Ираке), Александр Македонский разбил последнего царя из династии Ахменидов-узурпаторов Дария III. На правом крыле у Дария дрались мидяне, за ними их родичи парфяне и саки, затем бакуры и чирканы (с берегов Каспия), затем албаны (дагестанцы) и сакасины. Возглавленный мидийцами правый фланг, во главе с их вождем кордом Атропатом, почти весь с Большого Кавказа. После победы Александр, в отместку за погром Афин мидянами и персами, сжег Персеполь и двинулся к столице Мидии священной Хангматане (греч. Экбатаны). Для эллинов и особенно македонцев, пишет Ариан, «великой печалью было для них видеть на Александре мидийскую одежду».

Греки в Хангматане содрали золото с колонн храма Анаиты и серебряные листы с кровли. Они же, правда, восстановили древнюю мидийскую династию.

В 1916 году корпус генерала Баратова (Бараташвили) вошел в Хангматану (совр. Хамадан), и русские именем императора Николая II восстановили на престоле кордского царства Арделан ту самую древнюю мидийскую династию, которую поддержал Александр Македонский. Она продержалась до 1924 года, когда объявил себя императором России Великий Князь и адмирал Кирилл Владимирович.

Двуглавый орел, известный еще с хеттских орнаментов времен праотца Авраама, стал впервые в Мидии государственным символом.

Веками любимцем Большого Кавказа был Прометей. Дорос из Самоса говорит, что Кавказские горцы не приносят жертв Зевсу и Афине за их расправу над Прометеем и почитают Геракла, убившего орла, клевавшего печень Прометея, прикованного алмазной цепью к скале Эльбруса. Геродот утверждал, что Прометей был скифским царем. Сказание о Прометее сохранилось у абхаз (Абласкир), черкесов (Джедаль), кабардинцев, осетин, грузин (Амиран). Индийцы бога огня называли «Агни Прамата». Палка, вертикально вращающаяся на горизонтальной опоре при добывании огня, называется «прамата» (санскр.). Со слов Эсхила: «Прометея оплакивают воинственные неустрашимые девы, живущие в Колхиде, и скифы, обитающие вокруг Меотийского болота (Азовское море) на краю света, и храбрый цвет арийского племени — мидяне, которые живут высоко в скалистых укреплениях в Воротах Кавказа, грозное войско, гремящее блестящими копьями». «Цвет арийского племени — мидяне» и есть корды.

За два века до Александра Македонского с десятью тысячами греческих наемников пробивался через горы Кордухов к Черному морю ученик Сократа Ксенофонт. Этот поход он описал в книге «Аннабасис» («Восхождение»), ставшей мировым литературным памятником. Арабы при первой встрече с кордами назовут справедливо всю историческую Мидию «Кордским домом» (ал-Якуби).

После Александра Македонского, за Евфрат в пределы Большого Кавказа и Мидии войдет (в 91 году до Р.Х.) с римскими когортами гордый аристократ Сулла. Затем из-за войны с Понтийским царем из кордского рода Митридатом придет сюда Помпей Великий. Он будет с волнением всматриваться в очертания Кавказских гор, где некогда мучился Прометей. В 53 году до Рождение Христа за Евфрат двинется римлянин Красс. Вслед за ним Цезарь разобьет на Кавказе Фарнака, наследника Понтийского царя Митридата. В понтийском триумфе Цезаря среди пленников и прочих трофеев в пику Помпею несли надпись «Пришел. Увидел. Победил».

То, что Страбон сказал об албанцах (дагестанцах), относится ко всем овцеводам-горцам Кавказа: «Люди здесь также отличаются высоким ростом, но простодушны и чужды торгашеских наклонностей».

При описании физического типа корда-горца неизменно отличают высокий рост. Это уничтожает один из обывательских штампов, признающих только за скандинавами это качество. По всем данным расоведов, самые рослые на земле люди — это северокавказцы. Они же обладают и самым большим черепом. Кстати, во всех университетах Запада вплоть до Калифорнии индоевропейская раса чаще именуется «кавказской». Посмотрите по телевизору внимательно на лица чеченцев, дагестанцев или адыгов и мысленно оденьте их в строгие европейские костюмы. И вы увидите перед собой высший тип европейца с чертами только боле выразительными, острыми и законченными, без бабьей округлости, как у наших актеров. Что до грузин, то о них известный французский словарь «Ларус» давно написал: «красивейшая раса в мире». Грузинские женщины во всей Передней Азии всегда были вне любой конкуренции и стали именем нарицательным для обозначения женской красоты.

После апостольского жребия Иверия досталась в удел Богородице. Господь сказал тогда Матери Своей: «Не пренебрегу этим народом более всех народов земли». Хитон Спасителя после казни Иисуса принесли в Мцхету. Там еврейская община существовала с VI века до Р.Х. Икона Иверской Божьей Матери уже не один век хранит Москву. Что до известных своей жизнестойкостью армян, то они дали Византии несколько видных императорских династий.

Определение «Лица кавказской национальности» могла породить только безродная среда, считающая себя в душе ничтожеством. Тайна Кавказа в том, что там много народов, и каждый считает себя великим. Самое поразительное, что это нельзя опровергнуть. Горе тому, кто этого не понимает.

Не одни корды были верны миссии России на Кавказе. К 1917 году Дикую дивизию возглавлял брат Императора Великий Князь Михаил Александрович. Кавказская (Дикая) дивизия, ядро которой составляли полки ингушей и чеченцев, разгромила за несколько часов «Железную дивизию» кайзера, лучшую в рейхсвере.

Русские консулы доносили перед Первой мировой войной, что корды-язиды всюду говорят: «Русский падишах — наш истинный царь. Что он прикажет, то мы и будем делать». С началом войны они поголовно встали на сторону Русской Кавказской армии. Генеральный консул в Эрзеруме Скрябин сообщал перед войной: «Среди курдов господствует убеждение, что русская власть выше, справедливее и неизмеримо сильнее власти турецкой». А консул Алферьев доносил: «Здешние язиды — истинные друзья России. Многие из них говорят по-русски. Они и сейчас готовы по первому зову сражаться с персами, турками, арабами. Во многих домах у них портреты Императора Николая II и Цесаревича».

Царь Николай II так и остался любимым царем кордов-язидов и героем, наделенным божественной фарной. Кстати, практически все корды, проживающие в России сегодня, из язидов-зороастрийцев, мигрировавшие из Закавказья. Кавалерийская бригада язидов во главе с Джангиром внесла решающий вклад в победу армян над турками в 1918 году, как вспоминал маршал Баграмян. Сражение произошло 28 мая 1918 года у поселка Сардарапат в Араратской долине.

Два эскадрона этой бригады язидов в 300 шашек дрались на юге России в Белой армии. Число триста никогда не бывает случайным. Троичность, по Заратустре, универсальный принцип Вселенной (отсюда Троица). Триста всадников язидов, одержимые фарной, в мировой драме сродни по миссии трем язидам-магам, посланным Богом на Вифлеемскую звезду.

В 1911 году среди русских историков и филологов разгорелась самая крупная дискуссия в истории русской науки из-за слова «челеби», что значит «благородный». Ученые спорили и выясняли, какому народу принадлежит это слово. Николай Марр, великий востоковед, еще в расцвете своего гения написал фундаментальную работу под названием «Еще о слове «челеби», или о влиянии курдов на культуру Передней Азии» и поставил точку в дискуссии. Марр доказал, что слово «челеби» может в Передней Азии принадлежать только одному народу — кордам. Там же он приводит высказывание о кордах создателя новой армянской литературы, современника Пушкина Хачатура Абовяна, хорошо знавшего кордов:

«Кордов можно было бы назвать рыцарями Востока в полном смысле слова, если бы они вели жизнь более оседлую. Воинственность, прямодушие, честность и беспредельная преданность своим князьям, строгое исполнение данного слова и гостеприимство, месть за кровь и родовая вражда, даже между ближними родственниками, страсть к грабежу и разбою и безграничное уважение к женщине — вот добродетели и качества общие всему народу».

ПО ИНИЦИАТИВЕ ВЕЛИКОГО РУССКОГО ВОСТОКОВЕДА и патриота Минорского, тогда консула в Иране, а потом профессора Кембриджа и полковника Захарченко в июле 1917 года около древнего кордского города Бахтаран (Керманшах) был собран высший съезд кордских вождей числом в две тысячи человек! Как писал Захарченко: «Съезд собирается вместе для закрепления общей дружбы с Россией». То был последний на земле съезд рыцарей-всадников, три тысячи лет господствовавших в Азии и не выходивших из битв. Захарченко в отчете: «Вчера отдан приказ считать всех курдов нашими друзьями».

Еще император Николай II собирался из верных кордов-язидов создать «Евфратское казачество». У Царя на Востоке тогда были блистательные по уму консулы. Наш военный агент в Константинополе полковник Калнин написал перед Первой мировой войной военному министру записку о стратегии в возможной войне с Турцией. Калнин убедительно доказывал, что Босфор и Константинополь в военном плане имеют для России второстепенное значение. Их захват только переполошит освобожденные русской кровью Балканские страны. Как говорил Бисмарк: «Освобожденные народы неблагодарны, но притязательны». И чем меньше и слабее страна, тем она вероломнее и злобнее. Калнин предлагал ударить через дружественные земли кордов прямо к Средиземному морю и Суэцу. Эта здравая и свежая мысль привела в смятение склеротичные мозги кабинетных стратегов. Генерал-квартирмейстер Генерального Штаба Жилинский изукрасил записку полковника Калнина ядовито-глупыми репликами. В войну Жилинский будет снят на фронте с должности за бездарность.

Генерал Ататюрк, первый президент Турции, в свое время сказал: «При прочих равных условиях хозяином Передней Азии будет только тот, кто владеет Курдистаном». А владеют Кордистаном — корды. Потому геостратегически корды важнее Турции, Ирана и Ирака, взятых вместе. Кордистан — это неприступная горная крепость с тридцатимиллионным неукротимым гарнизоном, контролирующая все дороги и нефтепроводы между тремя континентами. Эта мировая крепость стоит на «мидийском масле», как называли нефть в античные времена. Вся иранская нефть на самом деле — кордская нефть, а вся иракская нефть — тоже кордская нефть, как впрочем и вся турецкая.

То, что ведомо Ататюрку и США, непостижимо для расслабленных выпускников МГИМО имени двух графов-русофобов поляка Чарторыйского и австрийца Нессельроде. Они не понимают, что ни саддамы хуссейны, ни любые другие правители никогда не будут гарантами присутствия России в жизненно важном для нее районе, а только сам кордский народ. Уберут Саддама, и наших всех умников в Багдаде янки спустят с лестницы. И правильно сделают.

Тем временем на севере Ирака (государства, придуманного англичанами, которого никогда в истории не существовало), в землях древних мидийских царств уже десять лет происходят события, подобное чуду мирового масштаба. Как только Багдаду запретили соваться в кордские горы, там началось невиданное доселе на Земле преображение. Несмотря на распри, геноцид, интриги, провокации и даже вооруженные столкновения, как с Багдадом и Анкарой, так и между двумя основными партиями кордов, на крохи от собственной нефти корды построили больницы, школы, клубы, училища, фабрики, дороги. Особой и законной гордостью всех кордов являются три сильных университета, открытых в городах Солеймания, Дохук и Эрбела. В университете Эрбелы учатся более семи тысяч студентов. В университете Солеймании учатся около четырех тысяч студентов. Половина из них — девушки. Ректоры трех кордских университетов и их студенты участвуют в международных конференциях и подключены к интернету. Корды приглашают преподавателей из разных стран. Кордские политики участвуют в конгрессах социалистического интернационала. В этой Новой Мидии работает парламент и кабинет министров-подвижников во главе с сыном легендарного генерала Барзани — Масудом Барзани в содружестве с опытным политиком Талабани. Репрессии Багдада привели к смерти сотен тысяч кордов от стужи, голода, пуль. Поголовье овец тогда упало до четырехсот тысяч. Сейчас их четыре миллиона голов. Госпожа Миттеран и другие видные политики Европы с удовольствием посещают эту Новую Мидию, страну «кордского чуда». Символом новой жизни стал взлет рождаемости.

Чтобы оценить «кордское чудо», надо вспомнить о кровоточащих исламских анклавах в Косово, Чечне, Афганистане с их наркотиками, насилием, кровью, кражей людей и горем детей, жен, стариков.

В 2000 году сорок кордов прошли в парламент Ирана. Хомейни как-то заметил, что «корды не являются отдельной нацией, они только лучше всех сохранившиеся древние иранцы». Уточняя аятоллу Хомейни, добавим, что среди «лучше всех сохранившихся» кордов самые чистые корды — это язиды.

В июне того же 2000 года группа кордов из города Сенендеджа совершила пробег на велосипедах до Тегерана. Их встречал президент страны Хатани. Он сказал участникам пробега:

«Весь исламский мир и иранский народ являются должниками кордов, которые много сделали для торжества ислама и процветания иранского государства».

Как германские владетельные дома веками поставляли монархов всей Европе, так тридцать веков корды давали монархов и князей во все сопредельные со своей родиной владения. Там это воспринимали как норму? По словам Хатани, «весь исламский мир в долгу перед кордами».

***

Константин Ковалев: Курды-мидяне
Прекрасная статья! Так много в ней неизвестного! В истории просто говорится, что сперва мидяне завоевали Ассирию и освободили много народов, но потом их союзники персы взяли верх и подчинили мидян. И дальше говорится уже только о персах, которые «поглотили» мидян, тем более, что это были два иранских племени с общим языком. Но несколько лет тому назад, когда турки с помощью США уничтожали курдов, «не нарушая при этом права человека», в отличие от россиян в Чечне (так считали на Западе!), я узнал, что курды — потомки мидян, причем многочисленные. Конечно, автор или кое-что преувеличивает, охваченный патриотизмом, или мы не все знаем. В исторических книгах написано, что мидяне впервые упоминаются в египетских источниках и в Библии в 700 г. до нашей эры, когда они объединились и стали громить Урарту и Ассирию. Автор же пишет о IV тысячелетии до нашей эры. Но те же Иванов и Гамкрелидзе, на которых ссылается автор и которые убедительно нашли прародину индоевропейцев в верховьях Тигра и Евфрата, то есть на территории Курдистана и турецкой Армении, считают, что в IV тысячелетии только сформировалось единое индоевропейское племя или, вернее, группа племен, говоривших на едином индоевропейском языке. То же самое подтверждает и компьютерный анализ лексики индоевропейских языков, суть которого я могу изложить, но мне неудобно каждый раз писать объемные «эпистолы», как сказал мой раздраженный оппонент антикоммунист г-н Скабичевский. Короче, только 2000-2400 лет до нашей эры (начало третьего тысячелетия до н.э.), то есть чуть больше 4 тысяч лет тому назад произошел раскол общего индоевропейского языка на два, которые условно называют языки «кентум» и «сатам». Потом оба языка стали по мере дробления индоевропейских племен и народов и их расселения делиться на новые языки. Группа «кентум» — это в целом языки западноевропейских народов (римлян, италиков, галлов, германцев, кельтов, греков, исчезнувших хеттов в Малой Азии — теперешней Турции), а «сатам» — это индоиранцы, армяне, славяне и летто-литовские, балтские племена. Почему их так условно назвали — «кентум» и «сатам»? Эти два слова означают слово «сто», сотня». Первое — по латыни, а второе — на древнеиндийском. Обратите внимание: в первом случае слово начинается на букву «к» мягкое, а во втором на «с». Дело в том, что в восточной группе это «кь» превратилось в свистящий звук «с». Ведь и по-русски слово «сто», в древносто съто», то есть в старославянском произношении «сото» (правда похоже на «сатам»?) тоже начинается на «с». Это говорит о том, что языки группы «сатам» языки более новые, образовавшиеся после того, как племена этой группы отделились от группы «кентум». А это произошло меньше, чем за 1500-2000 лет до нашей эры. И то тогда еще из единой какое-то время восточной группы не выделились ни славяне, не литовцы с пруссами и латышами, ятвягами и голядью, ни армяне, ни индоирапнцы. А когда индоиранцы выделились, то они были единым племенем долгое время, прежде чем из них выделились будущие индийцы и иранцы. И лишь после разделения индоиранцев на индийцев, ушедших с Иранского нагорья в Индию в качестве «арьев», и иранцев (они называли себя «айрья»), иранцы стали делиться: в свою очередь, на персов, парфян, согдов, бактрийцев, скифов, сарматов и МИДЯН.А переселение индоарьев в Индию произошло (это установлено) всего лишь 1200-1300 лет до нашей эры. Значит, вычленение мидян из иранской общности произошло значительно позже. На разделение всех иранцев и их языков на вышеперечисленные народы и их языки, включая мидян, могло произойти только лет через 700, то есть к 700 году до нашей эры, о чем и говорит Библия и другие источники. Наконец, автор говорит, что иранцы прибыли из Междуречья в Арийское пространство, то есть в степи от Минусинска в Сибири до Дуная, а потом, спустя огромное время почему-то вернулись назад. Но не все иранцы вернулись, а только мидяне и персы, потому что почти до рождения Христа эти степи продолжали занимать другие многочисленные и могучие северные иранцы: скифы и сарматы, которые влились частично в славян, видоизменив, в частности, их произношение /шипящие звуки «ж» и «ч» на месте мягких «г» и «к»: дороГа, но дороЖе, крепКий, но крепЧе/). До этого протославянский язык был ближе к литовскому. Именно северных иранцев персы и мидяне называли презрительно туранцами и считали их нецивилизованными кочевниками. И лишь в новой эре тюрки, начиная с гуннов, вытеснили скифов и сарматов в Европу и в лесную Русь, где они смешались с другими народами. Лишь в горах Кавказа укрылись и сохранили свой древний язык аланы (нынешние осетины) — потомки скифов и сарматов. Их кровными потомками являются и карачаевцы, но они утратили иранско-скифский аланский язык и приняли язык завоевателей — тюрков. Но в беседе карачаевцы, как мне рассказали, по-прежнему обращаются друг к другу: «алан». Непонятно еще и вот что: автор претендует на территорию в Великой (турецкой, к сожалению) Армении как на курдскую, которую считают своей и другие индоевропейцы той же группы «сатам» — армяне, где их вырезали поголовно турки в 1915 году за симпатии к русским. Как это понять? В армянском языке масса древнеиранских «пехлевийских» слов, народы близки. Надо в этом разобраться. Иначе, представьте: исчезни турки на этой территории, и начнется драка за нее между армянами и курдами! А ведь армяне жили там с древнейших времен. При всех романтических преувеличениях статья несомненно интересна в огромнейшей степени, за что огромное спасибо автору, чью национальность при его необычных имени и фамилии читатели теперь узнали. Я всегда симпатизировал борьбе курдов за независимость и осудил в своих статьях в российской коммунистической прессе выдачу Ельциным и Путиным (шефом ФСБ в тот момент) героя Оджалана косвенных подлым способом в руки турецких палачей-башибузуков. — Константин Ковалев.

Кавад Раш

Click to comment

You must be logged in to post a comment Login

Leave a Reply

Популярное

To Top
Translate »