Сама Духок — Езидский военачальник, эмир и вали Мирза ибн Хасан ибн Шейху аль-Кандали ибн эмир Исмаил-бек ад-Дасни происходил из рода шейха Исмаила аль-Анзали. Его мать принадлежала к роду шейхов шейха Абд аль-Кадира аль-Катани из Башики (провинция Ниневия, Ирак). Он родился приблизительно в 1605 году [1]. Его дядьями были Хыдыр и Араб, уроженцы деревни Кандала.
Два его брата — Хайдар и Омар — были зарезаны в Мосуле (Ирак) солдатами Хан Ахмед-хана Сефевида. Это жестокое событие глубоко потрясло Мирзу, и он решил отомстить Сефевидам за их гибель [2].
Он обучался военному делу и верховой езде, а позднее стал наставником и командующим трёхтысячным войском Бахдинана. Мирза пользовался доверием эмира Кубад-хана, который выступал против политики эмира Ардалана и Шахразура Хан Ахмед-хана, захватившего Мосул и Езидхан. Хан Ахмед-хан умер в Мосуле в 1636 году и был похоронен возле святыни пророка Юнуса.
Во время ожесточённых войн между Османской империей и Сефевидским государством езид Мирза присоединился к армии султана Мурада IV, чтобы поддержать османские войска в борьбе против Сефевидов. Он проявил исключительную храбрость и собственноручно убил двух военачальников сефевидской армии — Хан Ханджал-хана и Каури-Кызылбаша. После этого он способствовал снятию осады с Багдада (Ирак) и Эрбиля (Ирак) и участвовал в разгроме сефевидских сил.
Среди командиров, находившихся под его началом, упоминаются Тему Бабки, Пирки Хошаби, Караджар Хаджи, Кара Бабки, Зейнал-бек Джаф Бахал, шейх Дери, шейх Бабки Кёрмиш и Хизки Думли.
В знак признания его выдающейся храбрости султан Мурад IV решил назначить его вали Мосула. Это произошло в конце 1649 года. Для Мирзы была построена Кара-кала — нынешняя крепость Баш-Табия на берегу Тигра в Мосуле. Он поселился там и приступил к формированию администрации Мосульского эялета.
У Мирзы был сын Хамза, у Хамзы — сын Шалал, у Шалала — сын Хасан, а у Хасана — два сына, Хасан и Сулейман.
Мирза-паша отличался мужеством, исключительной отвагой и религиозностью. Он был опытным и дальновидным военачальником. Во время своего правления в 1650–1651 годах он стремился укрепить безопасность жителей Мосула, покончить с ворами и разбойниками, освободить районы Мосула и Равандуза (Иракский Курдистан, Ирак) от захватчиков.
В Равандузе он построил крепость, служившую военным гарнизоном для защиты города. Мирза уделял внимание торговле и экономике, поощрял земледелие, построил эмирский дворец в Башике, укреплял отношения с соседними эмиратами, особенно с эмиратом Амадия (провинция Дахук, Ирак).
За год и три месяца своего правления он проявил социальную справедливость и обеспечивал равноправное отношение ко всем жителям независимо от их происхождения. Он также стремился объединить езидов и восстановил святыню Кадыба аль-Бана аль-Маусили.
Это выдающееся достижение стало возможным после возвышения Мирзы Дасни до должности вали Мосула. Он прославился как талантливый полководец, сыгравший важную роль в поражении Сефевидов в войне между Османской империей и Персией.
Совершив внезапное нападение на главный шатёр командования сефевидской армии, он убил главнокомандующего и его помощника — Хан Ханджала и Каури-Кызылбаша. После этого исход сражения был решён в пользу Османской империи, а нынешняя столица Ирака — Багдад — вновь вошла в состав османских владений.
Английский писатель и исследователь Джон С. Гест в книге «История езидов» писал, что в XVII веке равновесие между Османской империей, глубоко втянутой в европейские войны, и Персией, которой правил шах Аббас, нарушилось в пользу Персии.
Мятежный правитель Багдада позволил персам вновь занять город в 1623 году. В результате османы на короткое время утратили также Киркук (Ирак) и Мосул, однако вскоре вернули их.
Османский султан Мурад IV, новый и способный преемник сурового султана Селима, лично возглавил армию, чтобы вернуть Багдад, не оставляя исход похода на волю случая. Он начал кампанию в Алеппо (Сирия), затем прошёл через Урфу, Диярбакыр, Мардин (Турция), Мосул и Киркук и на 197-й день похода достиг стен Багдада.
В конце декабря 1638 года османская армия штурмом взяла город и восстановила над ним свою власть. Современники отмечали подвиги отряда дасни под командованием предводителя по имени Мирза-бек.
В январе 1639 года Мурад IV отправился в Стамбул (Турция), где умер в следующем году. Он считается вторым и последним османским султаном, лично посетившим Ирак.
После смерти султана Мурада османская политика на протяжении нескольких лет оставалась нестабильной под влиянием соперничающих и противоборствующих сил.
В 1649 году великий визирь Кара Мурад-паша назначил дасни Мирзу-бека вали Мосула и присвоил ему ранг паши. В следующем году сам великий визирь был отстранён. Тогда Мирза-паша отправился в Стамбул, надеясь найти способ сохранить свою должность.
Судьба Мирзы-паши по османским источникам
Согласно имеющимся сведениям, езид Мирза-паша Дасни, вали Мосула, до 1650 года также являлся эмиром Шейханского эмирата.
Чтобы выяснить, каким образом он получил ранг паши и должность вали Мосула, почему был освобождён от должности и какие обстоятельства помешали ему сохранить власть, необходимо обратиться к османским хроникам, официальным ежегодникам — салнаме — и к «Сейахатнаме» Эвлии Челеби.
В османских салнаме сообщается:
Мирза-паша Дасни принадлежал к числу курдистанских беков в Мосуле и происходил из езидского племени дасни. Он был храбрым человеком и прославился своими подвигами в сражениях, особенно в восточных районах Ирана, а также в боях за Багдад.
В этих сражениях его сопровождали семь курдских военачальников из его народа. Мирза смог разгромить крупное персидское подразделение, насчитывавшее несколько сотен солдат, и захватил многих из них в плен.
За этот подвиг великий визирь Мурад-паша присвоил ему ранг паши и назначил вали Мосульского эялета. Однако позднее Мирза был отстранён и не получил другой должности. Некоторое время он жил в Стамбуле вместе со своими родственниками, надеясь получить новый пост, но никто не проявлял к нему сколько-нибудь серьёзного внимания.
В салнаме того времени говорится, что в конце месяца шаабан и начале августа 1651 года, когда Мурад-паша стал великим визирем, он передал Мирзе-паше управление Мосулом. Сам Мурад происходил из арнаутов — албанцев — и впоследствии принял ислам.
Кара Мурад-паша занимал должность великого визиря Османской империи с 21 мая 1649 года по 19 августа 1650 года — один год и три месяца. Именно в этот период он издал указ о назначении Мирзы-паши вали Мосула.
По некоторым источникам, правление Мирзы продолжалось один год и один месяц. Поскольку в августе 1651 года он уже находился в Стамбуле, можно предположить, что его отстранили после смещения великого визиря Мурада-паши и назначения известного османского деятеля Мелек Ахмеда-паши.
Мелек Ахмед-паша происходил из абхазов и получил должность великого визиря 5 августа 1650 года. Официальное вступление в должность, согласно тексту источника, состоялось 21 августа 1651 года. Наиболее вероятно, что именно по его распоряжению Мирза-паша был освобождён от управления Мосулом.
Следует отметить, что Мелек Ахмед-паша прославился кровавым походом против езидов горы Шангал (провинция Ниневия, Ирак) в 1640 году, а позднее — войной 1655 года против эмира Абдал-хана, правителя Битлиса (Турция).
После заключения Зухабского договора, или договора Каср-и-Ширин, в 1639 году Мелек Ахмед получил должность бейлербея Диярбакырского эялета. В то время Шангал входил в состав этого эялета.
Согласно аль-Адияяни, после того как часть езидов покинула гору, они стали нападать на равнинные деревни в районах Шангала, Мосульской равнины и Мардина, а также грабить проходившие там торговые караваны.
Поэтому в 1640 году Ахмед-паша возглавил семидесятитысячную армию и двинулся на Шангал. Его войска обстреляли из пушек и другого смертоносного оружия около 300 езидских деревень, в которых проживало от 45 до 50 тыс. езидов.
Деревни и урожай были сожжены и разграблены. Безоружные старики, женщины и дети бежали к вершине горы и укрылись в пещерах и горных ущельях. Однако армия Мелек Ахмеда преследовала их. Одни пещеры были затоплены водой, другие подожжены.
Многие погибли, а оставшиеся сдались османским войскам. Эвлия Челеби, находившийся вместе с армией, подтверждает, что сдавшиеся и взятые в плен были убиты. Детей отделили, женщин обратили в пленниц, а всех мужчин и пожилых женщин уничтожили.
Возникает вопрос: существовала ли связь между походом Мелек Ахмеда против жителей Шангала в 1640 году и последующим отстранением Мирзы-паши от управления Мосулом?
Согласно имеющимся данным, до назначения вали Мосула Мирза-бек был эмиром Шейханского эмирата. Однако Эвлия Челеби, рассказывая о шангальском походе, не упоминает ни Мирзу-бека, ни езидов Шейхана.
Щедрость и храбрость Мирзы-паши по данным салнаме
Возникает и другой вопрос. Почему за подвиги, совершённые в войнах против персов за десять или одиннадцать лет до назначения вали Мосула, Мирза не получил должности или награды непосредственно от султана Мурада IV, а был отмечен лишь в правление султана Мехмеда IV?
Мехмед IV родился в 1642 году. Его отец, султан Ибрагим, был свергнут в результате восстания вокруг дворца. В 1648 году, когда Мехмеду было около семи лет, он занял престол после отца.
В 1650 году, когда султану было всего девять или десять лет, во дворце шла ожесточённая борьба за ключевые посты: должности великого визиря, административных министров, военных и религиозных руководителей.
В неё активно вмешивались женщины султанского двора, добиваясь привилегий для своих сыновей и приближённых. Многие из них прежде были наложницами, затем стали супругами султанов и приобрели значительное влияние в управлении Османской империей. Среди них особенно выделялись Кёсем-султан [16] и Турхан-султан [17].
Паши, визири и аги, происходившие из системы девширме и янычарского корпуса, а также зависимые от них племена были вооружены, обладали высокими рангами и сильными позициями в столице.
Благодаря этому они непосредственно влияли на распределение государственных должностей. Они могли смещать великих визирей и министров, а тех, кто выступал против них, иногда убивали. Они управляли жестоко и несправедливо, возводили султанов на престол и свергали их.
Между ними и представителями народов, не относившихся к турецкой системе девширме, — курдами, черкесами, абхазами, албанцами, арабами, наследственными землевладельцами и старыми беями Анатолии, поддержавшими Османское государство, — шла ожесточённая борьба за должности.
Среди таких должностей были шейх-уль-ислам, муфтий, кади, паша, а также посты административных и военных визирей.
К этому добавлялись взяточничество и коррупция. Для получения должности в Стамбуле требовалось преподносить дорогостоящие подарки.
Назначение на пост визиря, управление определённым эялетом или командование войсками фактически покупалось за огромную сумму. Получив должность, новые правители устанавливали непомерные налоги на подвластных территориях и притесняли земледельцев, торговцев, ремесленников и представителей других профессий.
Жители христианских и иных немусульманских городов и деревень, не способные платить налоги, подвергались угрозам разграбления, изгнания, убийства и массового уничтожения.
Все, кто получал должность визиря, паши, вали или иной государственный пост, должны были отправиться в Стамбул, договориться с одной из влиятельных группировок и заплатить взятку. После этого согласовывались все дальнейшие связи, обязательства и условия назначения.
Турхан Хатидже-султан объединяла вокруг себя султанских родственников, пашей, визирей и янычар. Кёсем-султан, напротив, привлекала на свою сторону других представителей династии, министров и влиятельных лиц.
Между двумя лагерями шло ожесточённое соперничество, которое порой доходило до рукоприкладства.
Известно, что Мирза-паша Дасни был сторонником великого визиря Мурада-паши. Сам Мурад-паша поддерживал Кёсем-султан и противостоял янычарам.
Когда власть перешла к Турхан-султан, ей удалось отстранить Мурада-пашу от должности великого визиря и назначить вместо него абхаза Мелек Ахмеда-пашу.
Согласно османским салнаме, в этот период Мирза-паша долгое время находился в Стамбуле вместе с группой своих родственников-езидов, однако никто не уделял ему внимания и не предложил никакой должности.
Убийство Мирзы-паши в Стамбуле
По-видимому, Мирза поддерживал связи с противниками янычар. В свою очередь янычары рассматривали его как врага и относились к нему с подозрением.
Эти сведения зафиксированы в османских государственных регистрах. Позднее Мирза-паша пытался установить отношения с янычарскими агами, однако у него не было денег и дорогих подарков, которые можно было бы предложить османским чиновникам в качестве взятки за новое назначение [18].
В Стамбуле Мирза находился вместе с родственниками и свитой, насчитывавшей от 40 до 50 человек. Ему требовались средства на их содержание, но деньги постепенно закончились.
Чтобы обеспечить людей пищей и оставаться в столице дольше, он начал продавать имущество и домашнюю утварь. Последними были проданы принадлежности для приготовления кофе.
Вместо них Мирза и его люди покупали дыни и арбузы, чтобы утолить голод, поскольку в то время это были одни из самых дешёвых продуктов.
Он неоднократно направлял прошения властям с просьбой выделить средства на питание, однако все обращения были отклонены. Такое положение вызывало у него растущее недовольство.
В похожих обстоятельствах находились ещё два человека, также лишённые своих должностей. Первым был Несим-бек — чиновник, отвечавший за финансы командования, своего рода министр финансов, носивший титул дефтердара Карамана. Вторым был молодой Йекен-бек, бей Айдына, прежде состоявший на государственной службе.
Трое — Мирза-паша, Несим-эфенди и Йекен-бек — подружились. Никто из них не получил нового назначения, поскольку они не могли выплатить янычарским агам необходимые взятки.
В течение некоторого времени им не выдавали даже прежнее жалованье, положенные выплаты и содержание их охраны.
Так продолжалось до тех пор, пока они не распродали почти всё имущество и не утратили возможность жить в столице.
В конце шаабана 1061 года хиджры, соответствовавшем началу августа 1651 года, Мирза-паша, Несим-эфенди и Йекен-бек договорились вместе со своими людьми покинуть Стамбул и отправиться в Анатолию (Турция).
Когда янычарские аги узнали, что трое уехали, будучи недовольны своим положением, они предположили, что беглецы собираются присоединиться к оппозиции, возглавляемой абхазом Хасаном-пашой, соперником янычарских аг в Стамбуле.
Кетхуда-бек — Мехмед-бек, кетхуда великого визиря Ахмеда-паши, — собрал от 500 до 600 всадников.
Среди них были представители беков и аг: албанец Охри-бек, Мустафа-шах Сулейман — родственник Мухтар-бека, Дели Дилавер-ага из Болу, Бурназ, Шахин из числа визирских аг, а также другие люди, находившиеся в подчинении кетхуды. К ним присоединился и бывший вали Ванского эялета [19].
Командование было поручено Мехмеду Эмину Садыку — близкому и преданному человеку кетхуды.
Войско отправилось вслед за Мирзой-беком и его спутниками. Было решено настичь их и уничтожить.
Мирза-паша и его друзья остановились среди рисовых полей в районе Лефке — нынешней провинции Биледжик (Турция), — не подозревая, что к ним уже приближаются преследователи.
Незадолго до заката отряд под командованием Мехмеда Эмина Садыка достиг их стоянки.
— Куда вы направляетесь? — спросили преследователи.
— Мы возвращаемся в свои области.
Солдаты окружили их со всех сторон.
— Вы собираетесь присоединиться к абхазу?
— Если бы мы направлялись к абхазу, то пошли бы через Сапанджу.
— Эти лживые слова вам не помогут.
После этого Мехмед Эмин приказал солдатам атаковать.
Мирзе-паше оставалось лишь схватить копьё и вскочить на коня. Во время остановки он уже снял седло, однако всё равно сумел быстро подготовиться к бою.
Турок Мустафа Сулейман-паша метнул в него копьё, но Мирза успел отвести удар и избежать ранения.
Тогда Мирза сказал:
— Выслушай меня, Мустафа Сулейман-ага. Сколько раз в Багдаде я спасал тебя из рук персидских кызылбашей? Я также помогал тебе выплачивать харадж. Неужели так ты отвечаешь на моё добро и теперь хочешь причинить мне зло?
Мустафа Сулейман ответил:
— Я не стану слушать тебя, даже если ты прав. Я прибыл по приказу эфенди с поручением убить тебя. Тебе не уйти, и пощады мы тебе не дадим.
Мустафа Сулейман вновь метнул копьё, но снова промахнулся.
Тогда Мирза-паша атаковал его. Он нанёс ему такой удар копьём в спину, что наконечник вышел с другой стороны тела, и Мустафа Сулейман умер на месте.
После этого Мирза стал кружить среди солдат и убил ещё нескольких человек.
Между людьми Мирзы-паши и османским отрядом разгорелось ожесточённое сражение. Были убиты многие турецкие воины, но погибли и несколько человек из отряда Мирзы.
Мирза попытался вырваться из окружения и покинуть поле боя, однако за ним погнались около 200 турецких всадников. В него стреляли из ружей и метали копья, после чего снова окружили.
Он успел убить ещё нескольких противников. Однако нога его коня попала в расщелину в земле.
К тому времени были ранены Мехмед Эмин-паша и Дилавер-ага. Один из них крикнул Мирзе:
— Брось копьё, чтобы не погибло ещё больше людей. Клянёмся и даём слово, что не причиним тебе вреда и доставим тебя в Стамбул.
Мирза-паша сдался османским войскам. Его заковали в цепи.
Выяснилось, что его друзья — Несим-эфенди и Йекен-бек — также были ранены в сражении. Их тоже связали.
В этой битве погибли большинство езидских воинов Мирзы и Мехмед Эмин-паша. Троих пленников — Мирзу-пашу, Йекен-агу и Несима-эфенди — отправили в Стамбул, предварительно захватив их лошадей и имущество их людей.
В Стамбуле кетхуда-бек встретился с великим визирем Мелек Ахмедом-пашой. Ему было приказано обезглавить троих пленников и привезти их головы.
Жителям сообщили, что пленники были зарезаны возле Кюмлек-Баба — турецкой обители. Их тела оставили там, а головы доставили к Баб-ы Хумаюну, Императорским воротам, и бросили на площади.
Горожане были возмущены этим жестоким поступком. Они ругали и проклинали янычарских аг, спрашивая:
— В чём была вина этих людей?
Люди молили Бога о возмездии и просили наказать виновных и избавить общество от власти янычар.
Рассказывая об убийстве Мирзы-паши, Эвлия Челеби ничего не сообщает о его правлении в Мосуле. Он пишет лишь о пребывании Мирзы в Стамбуле и его возвращении в Анатолию вместе с вооружённым отрядом.
Из Стамбула за ними было отправлено войско. Между сторонами произошло сражение, в котором Мирза убил многих нападавших всадников. Однако затем все были захвачены и отправлены обратно в Стамбул. По дороге Мирзу, его спутников и оставшихся в живых людей убили.
Великий визирь Мелек Ахмед-паша был абхазом. Мать Эвлии Челеби также происходила из абхазов, поэтому великий визирь приблизил путешественника к себе. Челеби сопровождал его во многих походах в качестве наблюдателя.
По словам Челеби, султану Мехмеду было всего около девяти лет, поэтому именно великий визирь Мелек Ахмед фактически издавал приказы и принимал решения, располагая султанской печатью.
Мелек Ахмед якобы не хотел утверждать смертный приговор Мирзе-паше и его спутникам. Однако под давлением янычарских аг был вынужден скрепить решение печатью и разрешить казнь.
Из-за того что Мелек Ахмед выступал против многих требований янычарских аг, 21 августа 1651 года он был смещён. Его место занял абхаз Сиявуш-паша.
Эвлия Челеби называет героя повествования Мирзой-беком Дасни, тогда как в османских салнаме он фигурирует как Мирза-паша. Между официальной османской историографией и текстом Эвлии Челеби существует различие в употреблении титула.
В официальной хронике друзьями дасни названы Несим-эфенди и Йекен-бек. Эвлия Челеби, напротив, не упоминает этих имён, а называет Ханифа-халифу, личность которого установить не удалось.
И османская хроника, и Эвлия Челеби сообщают, что Мирза-паша, бывший вали Мосула, находился в Стамбуле вместе с группой родственников, надеясь снова получить управление Мосулом или занять другую должность.
В то время многие вали, визири, гражданские и военные деятели лишались своих постов и пытались получить новое назначение, открыто выплачивая взятки людям, принимавшим решения.
Что касается племенных аг и беков, то их официально назначали руководителями собственных эялетов и областей по соглашению между местными племенами. Государство выплачивало им жалованье.
Одновременно между Анатолией и Курдистаном кочевали многочисленные племена, владевшие стадами овец и другого скота. В начале весны они уходили в горы и на летние пастбища, а в начале осени возвращались на равнины.
Они сохраняли связь со своими родами и племенами. Нередко турецкие и курдские племена образовывали конфедерации, избирали предводителей, а султан в Стамбуле утверждал их после выплаты денег и взяток ответственным чиновникам.
Такая конфедерация могла рассматриваться как отдельная административная область, во главе которой назначался вали. Его называли «окуз-агой» или «агой туркмен».
Он собирал государственные налоги с подчинённых племён и выступал посредником между ними и центральной властью при разрешении конфликтов.
Мирза-паша не относился к числу наиболее влиятельных аг и не обладал состоянием, позволявшим платить взятки чиновникам и султанскому двору. Его отношения с янычарами, обладавшими реальной властью и решающим голосом, также были плохими.
Поэтому во время пребывания в Стамбуле его фактически игнорировали. Когда у него закончились средства на питание и жильё для людей, он решил вернуться на родину.
В тот же период салнаме и Эвлия Челеби сообщают о возвышении абхаза Хасан-аги. За щедрость и военные заслуги султан пожизненно назначил его агой туркменского племени.
Хасан-ага ежегодно вносил в государственную казну 70 мешков акче — османской серебряной монеты. Когда Мелек Ахмед стал великим визирем, Хасан приехал в Стамбул поздравить его, поскольку оба были абхазами.
Среди янычарских аг упоминаются Бекташ-ага, Реш-ага, кетхуда Кулан, Челеби-кетхуда и другие. Некоторые из них занимали высшие должности в янычарском корпусе.
Мелек Ахмед-паша, кетхуда Куда Мехмед-бек, Бекташ-ага и другие договорились лишить абхаза Кара Хасана-пашу должности туркменского аги и передать её Ак Али-аге за 100 мешков акче.
Эвлия Челеби писал:
«Я присутствовал, когда разгневанный Кара Хасан-паша вошёл во дворец Мелек Ахмеда в сопровождении ста вооружённых людей. Ещё сто его людей остались возле дворца, а другие сто находились в Стамбуле».
Он гневно спросил великого визиря:
— Почему вы издали этот несправедливый указ и отстранили меня от должности?
Великий визирь ответил:
— Таково наше нынешнее решение. Он выплатил нам 100 мешков акче, а тебе следует потерпеть один год.
Кара Хасан-паша ответил:
— Я отвергаю ваше несправедливое решение.
После этого он вышел и направился ко дворцу кетхуды Куды Мехмеда, уроженца Чермюка и представителя янычар Диярбакыра. Хасан знал, что именно Куда был главным зачинщиком решения.
Он ударил кетхуду кинжалом в грудь, но находившиеся рядом стражники в последний момент спасли его. Раненый укрылся во дворце великого визиря.
В 1639–1640 годах Мелек Ахмед был вали Диярбакырского эялета. Кетхуда Куда стал его близким соратником и замещал его в командовании войсками во время нападения на Синджар в 1640 году, когда были убиты мирные жители и сожжены деревни.
Кара Хасан-паша сумел привлечь большое количество безработной молодёжи.
Узнав об этом, кетхуда Куда связался со своими союзниками. Они отправились к великому визирю и сообщили, что Кара Хасан готовит восстание, представляющее серьёзную угрозу для Османского государства.
Они потребовали издать от имени султана указ о его убийстве. Великий визирь был вынужден согласиться.
Узнав о решении, Кара Хасан бежал из Ускюдара — тогда отдельного города возле Стамбула, а ныне одного из его районов — в Измит (Турция).
Там он собрал тысячу человек и направился к Стамбулу. Когда он достиг Болу, численность его войска выросла до трёх тысяч человек. При подходе к Османджику она увеличилась до пяти тысяч.
Затем Кара Хасан связался с руководителем другого восстания — Ибширом-пашой. Их силы объединились и, согласно источнику, достигли от 40 до 50 тыс. бойцов.
Султан издал приказ уничтожить восставших и передал его великому визирю для исполнения. Однако Мелек Ахмед отказался, заявив:
— Я не могу исполнить этот приказ и готов вернуть вам печать.
Эвлия Челеби связывает этот эпизод с делом Мирзы Дасни и Ханифа-халифы.
Оба прежде состояли на службе у Османской империи и обращались к государственным властям с просьбой назначить их агами собственных племён. Большинство этих племён были кочевыми: Бозулус, Караулус, Атчекен и туркмены Ускюдара.
Челеби добавляет, что Мирза Дасни и Ханиф-халифа якобы предложили взятку более чем в 100 мешков акче. Однако соглашение между янычарами, кетхудой Кудой, Бекташ-агой и другими воспрепятствовало их назначению.
Должность аги туркмен и Ускюдара была передана янычару Ак Али-аге. Но, узнав о восстании Кара Хасана, он отказался вступить в должность, и пост остался свободным.
Когда началось восстание, Мирза и его люди, опасаясь последствий, покинули Стамбул и направились в Анатолию.
Ни салнаме, ни Эвлия Челеби не сообщают, что они заранее договорились с абхазом Кара Хасан-агой. Однако оба события происходили одновременно и были связаны с одной и той же проблемой.
Поэтому кетхуда Куда и его союзники решили, что две группы действуют совместно. Они сообщили властям, что Мирза-паша и его люди покинули Стамбул, чтобы присоединиться к восстанию против султана и великого визиря. Именно в этом они видели главную опасность.
Эвлия Челеби писал, что янычарские аги потребовали отправить войско вслед за Мирзой-пашой, убить его и его людей и захватить их имущество.
Мелек Ахмед-паша возразил:
— Эти люди служили государству и являются людьми чести. Разве вы ничему не научились на примере Хасан-аги? Он выплачивал 70 мешков акче в государственную казну, а вы лишили его должности. Чего теперь вы хотите от Ханифа-халифы? Клянусь Богом, скоро я сгорю в вашем огне, но и вы сами сгорите и превратитесь в жаркое.
Великому визирю сообщили, что Мирза-паша и Ханиф-халифа собрали 600 всадников, покинули Ускюдар и направились к переправе Диль. Оттуда они якобы собирались пересечь пролив и присоединиться к Хасан-аге и Ибширу-аге.
Янычарские аги пришли к великому визирю и стали настаивать на приказе убить Мирзу-пашу и Ханифа-халифу.
Под сильным давлением великий визирь был вынужден разрешить их убийство.
В кратчайшие сроки был сформирован крупный отряд. Бекташ-ага выделил 200 всадников на обученных арабских лошадях с высококачественными сёдлами.
Кара Чавуш-ага из янычар подготовил 300 всадников, также снабжённых породистыми лошадьми и хорошими сёдлами. Челеби-кетхуда собрал ещё 500 опытных конных воинов.
Со стороны великого визиря выступили 700 абхазских, черкесских и грузинских всадников. К ним присоединились 500 вооружённых молодых людей.
Общая численность войска, согласно источнику, достигла пяти тысяч опытных конных бойцов.
Абдалла-паша, один из приближённых Мелек Ахмеда-паши, подготовил ещё 500 курдских воинов и присоединился к отряду. Вместе с ними выступил Эвлия Челеби и часть его охраны [21].
Три тысячи воинов ночью пересекли равнину Ускюдара, затем направились в Гебзе (Турция) и за один день добрались через залив Диль до района крепости Изник (Турция).
Из-за непрерывного движения многие лошади пали в пути. Сотни всадников Бекташ-аги и янычар были вынуждены спешиться в Изнике. Другие лишились коней в разных местах по дороге.
Когда войско достигло Черкеха, ему сообщили, что более тысячи всадников находятся между Османели, Биледжиком и Сёгютом, возле источника Ахмед-бека, среди рисовых полей. Часть людей расположилась в лесу, остальные — в шатрах.
Подойдя к стоянке, Абдалла-паша приказал войску отдохнуть и начать атаку после утренней молитвы.
Людей Мирзы окружили со всех сторон, пока они спали, рассредоточившись по лагерю и оставаясь в ночной одежде.
После утренней молитвы командующий Абдалла-паша призвал воинов к джихаду во имя Бога и трижды прокричал:
— Аллаху акбар! Аллаху акбар! Аллаху акбар!
После этого началось нападение на людей, которые не понимали, что происходит, кто атакует их и по какой причине.
Они выбегали из шатров к лошадям, хватали простое оружие, а некоторые вступали в бой в ночной одежде.
Эвлия Челеби писал:
«В это время Мирза Дасни и Ханиф-халифа вышли из леса с 700–800 всадниками и атаковали войско. На поле боя стали падать убитые, и кровь полилась потоками.
Все участники сражения с обеих сторон были мусульманами, кроме Мирзы Дасни и нескольких его родственников. Обе стороны провозглашали джихад и кричали: “Аллаху акбар! Аллаху акбар!”
Битва становилась всё более жестокой. Большинство воинов с обеих сторон были опытными всадниками и искусными бойцами. Многие известные конники погибли».
В конце концов численное превосходство и лучшее вооружение обеспечили победу нападавшим.
Мирза Дасни сумел вырваться из окружения вместе с 46 своими людьми. Однако они попали в засаду войск Мелек Ахмеда-паши, были захвачены и связаны.
Ханиф-халифа был ранен. Он попытался бежать вместе с тринадцатью людьми, но их также настигли, пленили и заковали.
На поле боя лежало множество отрубленных голов. Нападавшие захватили 800 лошадей.
Для розыска пленных и беглецов были направлены двенадцать кади из районов Урфы. Люди рассеялись по горам и пустынным местам.
Погибших похоронили в пятнадцати ямах и колодцах. Пленных подвергали унижениям, а отрубленные головы насадили на копья.
Отряд с пленниками вернулся через залив Диль и Гебзе к мосту Бостанджибаши в Ускюдаре.
Там Кара Абдалла-паша получил из Стамбула приказ казнить всех пленников, отрубить им головы и доставить их в столицу, а тела похоронить на месте.
Солдаты и местные жители были возмущены:
— В чём вина этих несчастных, за что им отрубать головы?
Однако Кара Абдалла настаивал, что исполнит приказ.
Некоторые солдаты попытались напасть на него, чтобы помешать казни. Под их давлением он вынужден был смягчить решение.
Часть пленников освободили возле Бостанджи, других — у моста, на дороге и уже в Стамбуле.
Эвлия Челеби утверждает, что лично добился у Абдаллы-паши освобождения шестерых человек.
Однако Мирзу Дасни, Ханифа-халифу и 46 их родственников не отпустили. Их выстроили под мостом Бостанджи.
Сначала стрелами убили Ханифа-халифу. Затем Мирзе-беку Дасни и 46 его людям отрубили головы.
Тела похоронили под мостом. Их головы соединили с другими головами, отсечёнными во время сражения. Общее количество, согласно источнику, достигло 814.
Головы доставили в Ускюдар, а затем на копьях принесли к дивану султана Мехмеда в Стамбуле. В то время султану было около десяти лет.
После этого головы бросили на площади возле Баб-ы Хумаюна. Они лежали там несколько дней, пока не начали разлагаться в грязи и пыли.
Эвлия Челеби писал:
«Многие жители видели проявление могущества Всевышнего: по ночам от голов Мирзы Дасни и Ханифа-халифы исходил свет. Это продолжалось три дня».
Позднее головы убрали с площади, однако около ста из них ещё оставались на месте.
В ту же ночь были разрушены многие дома, принадлежавшие Бекташ-аге. На трёх горах сгорели все деревья, а в пороховом хранилище в Манджо вспыхнул пожар.
Эвлия Челеби подчёркивал, что одной из причин отстранения Мелек Ахмеда-паши от должности великого визиря стала его неспособность должным образом урегулировать ситуацию, связанную с убийством Мирзы Дасни и Ханифа-халифы.
Автор: исследователь Дауд Мурад Хатари
You must be logged in to post a comment Login
Leave a Reply
Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.
